«Моя мама даже удивилась, что станет бабушкой». Минчане, которые завели детей ближе к сорока
41
08.01.2018

«Моя мама даже удивилась, что станет бабушкой». Минчане, которые завели детей ближе к сорока

Сегодня в «Анкете» минчане, которые стали родителями в непривычном для многих возрасте – «около сорока», – рассказывают о воспитании, давлении общества и переменах в жизни.

Сегодня в «Анкете» минчане, которые стали родителями в непривычном для многих возрасте – «около сорока», – рассказывают о воспитании, давлении общества и переменах в жизни.

ФИЛИПП
49 лет


– У меня есть музыкальная группа Drum Ecstasy и арт-группа «Белорусский климат», которая занимается изобразительным искусством и инсталляциями. Кроме этого, я работаю в рекламном агентстве, занимаюсь массовыми беспорядками – ивентами (улыбается).

Я очень рано расставил приоритеты. Я сразу знал, чего хочу. Единственное – не был уверен, что буду заниматься фотографией и изобразительным искусством, думал, это будет шумовая музыка, театр и перформанс.

 

ЕКАТЕРИНА
38 лет


– Мне повезло в жизни. Моя работа, хобби и увлечения совпадают на 100%. Хотя сложно себе представить женщину, которая родила 5 месяцев назад и тут же страстно увлеклась вязанием, хотя по возрасту уже положено. Поэтому я осталась верна своим недостаткам: не уметь вышивать, вырезать снежинки, плести колоски и ориентироваться в ценах в магазине.

Но мне по-прежнему интересно телевидение, несмотря на то что мой стаж в профессии уже больше 15 лет. Это та сфера, которая каждый день дарит новые эмоции и развивается. Постоянно необходимо быть на волне и следить за новыми тенденциями. Этот «тонус» дорогого стоит.

Впрочем, нельзя сказать, что мне вообще больше ничего не интересно. Я люблю спорт, музыку, танцы, всегда пробую новые способы сохранения красоты и здоровья. Мое нынешнее главное увлечение – это ребенок, конечно!

 

В чем, по-вашему, преимущества вашего возраста? Есть ли у вас любимый возраст?

Филипп: Пока мой любимый возраст – после 40. Очень хорошо быть взрослым человеком. Во-первых, как утверждает моя мама, до тридцати человек даже не чувствует вкуса. Это правда. До 30 я пил виски, сейчас – коньяки. Я начал различать вкусовые оттенки, чувствовать запах и вкус сигар, мои предпочтения изменились, и это очень хорошо.

Во-вторых, к сорока годам ты знаешь, чего хочешь, знаешь, что тебе на самом деле нравится, и уже не собираешься экспериментировать. И, безусловно, дальше будет только лучше: уверен, после пятидесяти попрет неимоверно.

По-моему, недостаток моего возраста только в том, что все начинает болеть. Да и какая-то часть алкоголя становится недоступна, потому что от него болят суставы. Но так и должно быть. 

Екатерина: Мне нравится мой возраст. При достаточном опыте все еще приличный внешний вид (это мое внутреннее убеждение, оно может не совпадать с мнением большинства). Я отлично себя чувствую физически, могу назвать себя профессионалом, при этом мне все еще интересно все узнавать, многому учиться. Я стала по-другому относиться к трудностям. Теперь я их не боюсь и ко многим проблемам отношусь философски. Прибавилось ума и терпения.

Я поняла, что все вопросы нужно решать спокойно и нет того, с чем бы я не могла справиться. Огромное количество интересов сместилось в сторону личной жизни, при этом профессиональные задачи теперь решаются легче.

В каждом возрасте есть свои плюсы и минусы. Но однозначно в каждый период жизни нужно самим находить и ценить самое главное. Проще видеть недочеты, чем радоваться успехам. Денег никогда не хватает, развлечения не могут радовать каждый день, заботы и хлопоты есть абсолютно у каждого. А вот радоваться собственному здоровью, благополучию близких, стабильной работе, приветливым коллегам и возможности вкусного обеда в кругу семьи – это искусство. Хотя именно этим и нужно жить каждый день.

 

Чем, по-вашему, вы отличаетесь от людей своего возраста?

Филипп: Я абсолютно инфантилен. Но ведь художник и должен быть таким. Ну кто еще будет ночами сидеть и делать фотокарточки, чтобы повесить их в Берлине, когда можно вообще ничего не делать и просто отдыхать? И главное – делать это for fun, не получая денег. Вообще, наша арт-группа никогда ничего не делала ради денег, у всех нас есть обычная работа.
 


Екатерина: У меня почти нет целлюлита (улыбается). Если серьезно, то я всегда в ощущении старта. У меня нет чувства усталости и желания быстрее убежать с работы, усталости от ребенка, лени к спорту и самосовершенствованию. Я не говорю о том, что многие люди моего возраста именно такие. Знаю тех, кто всегда полон энергии и желания прожить еще 200–300 лет в бешеном ритме. Но меня расстраивают люди, которые в 40 лет ждут пенсии и ничего не хотят менять в жизни. Не потому, что устраивает, а потому что лень.

Конечно, рождение ребенка по возрасту откинуло меня лет на десять назад – чисто по ощущениям. Я не имею права выглядеть бабушкой для своего ребенка. Поэтому придется соответствовать статусу «молодой мамы».

 

Какие привычки и черты характера вас раздражают в себе и окружающих?

Филипп: В себе меня ничего не раздражает, я идеален (улыбается). В окружающих – необязательность. Еще не люблю людей, которые в чем-то постоянно копаются, сомневаются, я люблю конкретику. Во всяком случае все это больше касается мальчиков: девочкам я очень многое прощаю.

Девушки мне приятнее во всех отношениях: и смотреть приятно, и говорить, и слышать. А мальчики – это мальчики. Я всегда предпочитаю провести время в женской компании. Мне неинтересны мужчины, они не могут рассказать того, чего я не знаю сам. А женщины – это совершенно другой непонятный мир, который мне нравится.

Екатерина: Я слишком мягкая. Часто позволяю людям неправильно с собой обходиться. Страдаю от этого всю жизнь, но не могу ничего изменить. Точнее, я меняюсь, но этот процесс происходит слишком медленно. Дожить бы до того момента, когда я научусь отстаивать свои интересы и говорить «нет».

А в окружающих я не переношу наглость. Сторонюсь таких людей сразу. Чую их за 100 верст.

 

Был ли у вас в жизни переломный момент?

Филипп: Рождение сына. После того как вы решаетесь завести ребенка, вся жизнь идет из расчета, что отныне вас всегда трое. Вы теряете независимость, приобретаете очень серьезную ответственность и все время думаете о ребенке. Это осознанный выбор взрослого человека.

А в остальном ничего переломного не было, все идет так, как я спланировал. Правда, медленнеe, чем я хотел.

Екатерина: Моя жизнь – вообще сплошной переломный момент. Новые обязанности, программы, изменения в личной жизни. Конечно, рождение ребенка – это главное событие. И впервые не «переломный», а «выравнивающий» момент (улыбается). Все остальное просто померкло. Хотя я помню каждый фрагмент своей истории.
 


Почему вы родили ребенка именно в этом возрасте? Не было ли раньше давления со стороны?

Филипп: Сын родился, когда мне было 42. Моя супруга просто поставила меня перед фактом, что она хочет ребенка. До этого мы даже не задумывались о детях, занимались карьерой, зарабатывали деньги. Мы все обсудили на семейном совете и сфокусировались на этом. И, если бы не жена, я бы об этом не думал.

Я считаю, принимать такое решение – это ответственность женщины. Это она в первую очередь должна найти в себе силы выйти из жизни на год. Во-первых, ей будет дискомфортно (даже спать), ее будет тошнить, надо будет менять гардероб. Никто не может решить, готова ли она, кроме нее самой. Это серьезный момент. Во-вторых, она должна быть уверена, что ее в этот момент поддерживают.

А давления со стороны на меня не было. Моя мама даже удивилась, что станет бабушкой. А давили ли на супругу – не знаю. Я думаю, все женщины в этом обществе, к сожалению, сталкиваются с этим. Мы вообще живем в обществе, которое все время давит требованиями и условностями. Очень сложно принять решение, что ты не будешь продолжать свой род.

Екатерина: Родила в этом возрасте, потому что только сейчас нашелся человек, с которым появилось обоюдное согласие. Прежде эти интересы не совпадали. Давление, конечно, было. Только ленивый не напоминал о возрасте, биологических часах и необходимости родить «хоть от кого-нибудь» и как можно быстрее. Но я всегда знала, что отец моего ребенка не будет «случайным» мужчиной. Так и получилось.

 

Как вас воспитывали?

Филипп: Никак, я очень избалованный. На мамины жалобы папа всегда говорил: «Жизнь научит, жизнь заставит». Мне кажется, это правильная позиция, когда ребенку предоставлена полная свобода. 

Екатерина: Достаточно строго. По-другому было нельзя. Не самый безопасный район, дефицитные 80-е, лихие 90-е, я всегда была активной девочкой, поэтому нужен был глаз да глаз. При весьма активном образе жизни, многочисленных кружках и увлечениях мне удавалось хорошо учиться и поступить в БГУ на факультет журналистики. Дневник мама всегда проверяла, уроки со мной делала, потому что полениться я любила – что есть, то есть.

 

Как вы воспитываете ребенка?

Филипп: Я не специалист в воспитании, это мой первый опыт. Важнее всего, по-моему, научить ребенка технике безопасности во всем. А все остальное не так важно. Можно быть очень счастливым человеком и не зарабатывая миллион долларов, а можно быть известным музыкантом и покончить с собой. Есть британская школа, где дети сами ходят на занятия, их не заставляют. Потому что они считают, что лучше вырастить счастливого сантехника, чем несчастного доктора наук.

А вообще, человек просто живет рядом с тобой и задает вопросы, на которые ты отвечаешь. Жадничает – стыдишь, хамит – вводишь санкции. Да, у нас санкционная система, это слово он прекрасно знает. Например: можешь уроки вообще не делать, но телевизор мы включим только тогда, когда сделаешь.
 


Иногда я обещаю выбросить или забрать игрушку. Почему? Потому что я покупал ее авансом хорошему мальчику, который «так» не поступает. Он уже взрослый, с ним можно вести торг.

Иногда я вынужден добавлять в голос «металла», чтобы ребенок понял, что он ходит по краю. С детьми вообще сложно не повышать голос, они слышат только то, что им выгодно, остальное у них проходит фоном.

Екатерина: Пока мне трудно прогнозировать, какой я буду мамой. Хочется все-таки грамотно совмещать строгость, заботу, понимание и желание баловать. В первую очередь хочу быть другом своему сыну и образцом женщины, которую он выберет в будущем.

 

Каким вы хотели бы видеть своего ребенка?

Филипп: Таким же, как я, – психологически защищенным. Меня очень сложно зацепить, заставить переживать. Когда я, например, вынужден сдать кого-то в милицию, мне говорят: «Это не по-пацански». Я отвечаю, что клал на этот принцип, что да, сволочь, да, конченый, со мной не договоришься. Меня невозможно задеть, я делаю то, что считаю важным и нужным, вопреки чужим словам.

Екатерина: Конечно, образованным и обладающим навыками настоящего мужчины. Сейчас любые услуги можно заказать, многие мужчины не считают нужным забивать гвоздь или чинить кран, если это могут сделать другие за деньги. Я бы хотела, чтобы мой сын мог и дом построить, и дерево посадить. Не говоря о том, чтобы вкрутить лампочку и сварить суп. И еще я очень постараюсь, чтобы он обладал чувством юмора, не был занудой и ценил семью. Надеюсь, он будет любить свою профессию, а кем он захочет стать – не важно.

 

Что вы боитесь когда-либо услышать от ребенка?

Филипп: Я ничего не боюсь. Скажет мне, что я плохой папа? Я не надеюсь, что этого не произойдет, это обязательно случится. Все рано или поздно сообщают родителям, что те не правы. Все, что я делаю, будет плохим, а то, что делает он, хорошим. Для меня главное – протянуть момент удовольствия проживания вместе, пока ребенок еще подходит к папе и может посидеть на ручках, пообниматься.

Екатерина: Мне кажется, это не фраза, а ситуация, когда для ребенка ты не авторитет. Поэтому, как говорится, сначала воспитываем себя – потом детей. Они всему учатся от нас.
 


Как поменялась ваша жизнь с рождением ребенка?

Филипп: В бытовом плане – ужасно. Как сказал один человек: «Лего – это месть датчан всему миру». В остальном – это много ответственности и обязанностей: вы уже не можете поехать на пару дней на какой-нибудь фестиваль или концерт, надо смотреть расписание младшего товарища. Оставлять его одного мы еще не можем, кто-то из родителей обязательно рядом (маме, конечно, он больше рад).

Я представлял, что буду тусоваться с ребенком всегда и везде, на всех вечеринках. А в итоге сижу дома, собираю компанию из друзей ребенка: когда они вместе, у меня есть два часа свободного времени.

Да и тусовки мне уже не так интересны. Меня интересуют только концерты и выставки, но для этого есть бабушки, дедушки и в крайнем случае няня.

Екатерина: Я узнала, что такое настоящая любовь. Мне и раньше говорили мамы, что это ни с чем не сравнимые чувства. И я искренне верила, что так и есть. Но невозможно понять эти эмоции, пока сама не родишь! Я в полнейшем восторге от своего малыша и материнства. Мне очень комфортно в этом состоянии. Трудно представить, как я жила раньше. Хотя я искренне верю, что все приходит вовремя.

 

Что для вас самое главное в жизни?

Филипп: Для меня главное все, мне все нравится, поэтому я так много бегаю, так стараюсь везде. Безусловно, семья – самое важное, но мне важны и проекты, которыми я занимаюсь.

Екатерина: Банально, но ребенок. Но при этом я должна быть успешна и востребована в профессии, чтобы мой сын мной гордился. Еще очень беспокоюсь о здоровье близких людей.

 

Что такое любовь?

Филипп: Я не знаю, но это точно химический процесс в организме. Когда я люблю, я хочу прижаться к человеку, постоянно с ним общаться, видеться. Да, влюбленность подразумевает то же самое, но, когда любишь, можешь и хочешь делать это изо дня в день, при этом ругаясь.
 


Екатерина: Отвечая на этот вопрос, трудно не повториться. Любовь – это когда человек знает, какой ты предпочитаешь кофе, и знает, когда тебе предложить ресторан, а когда домашний просмотр кино под чипсы. Это полное отсутствие ревности (причем как профессиональной, так и к противоположному полу). Это отсутствие упреков даже после опозданий, долгих сборов и неприготовленного ужина. Принятие личных интересов и отсутствие желания изменить вторую половину. Любящие люди должны принимать друг друга такими, какие они есть, но тем не менее стремиться стать лучше ради близкого человека.

 

Что для вас дружба?

Филипп: Желание плотно общаться без сексуального подтекста: только теплые отношения и понимание. 

Екатерина: Дружба – это не высокопарные слова. Это обсудить новости дня, личные новости, перемыть косточки знакомым и не очень, звонить без повода, смеяться без причины. И поддерживать независимо от того, прав твой друг или нет. В мире много людей, которые скажут тебе гадости, а близкие люди нужны для того, чтобы всегда оставаться на твоей стороне: «Я же тебе говорила, он козел, ну я же тебе говорила – он нормальный мужик». Я всегда выслушаю подруг и постараюсь дать совет. Пользоваться или нет – дело второе. Людям важно мнение со стороны, и оно у меня всегда есть.

 

Что для вас счастье?

Филипп: Счастье – когда прет. А меня прет все время: иногда злобно, когда что-то не получается по плану, но это все равно только толкает вперед.

Екатерина: Я счастлива, когда могу быть полезна в первую очередь близким. Радуюсь, когда все ладится на работе. И особенно счастливой ощущаю себя в путешествиях.

 

Есть ли у вас любимые фильмы?

Филипп: Мне проще говорить о любимых режиссерах. Феллини, Бертолуччи, Дерек Джармен, Леос Каракс, Годар. Очень люблю фильм «Трюкач». Люблю много хороших комедий, режиссеров, которых даже не знаю: «В джазе только девушки», «Большие гонки» – любовь из детства, «Блеф».

Но я уже пять лет смотрю только мультфильмы. Я как раненый, сейчас из фильмов могу смотреть только комедии: ты и так сильно изматываешься эмоционально, не хватало еще лезть в чужие проблемы.

Мне очень нравятся российские мультфильмы. И самые интересные для меня – «Смешарики». Во-первых, там очень хороший русский язык. Во-вторых, все серии короткие, дают ребенку ситуацию и варианты поведения в ней.

Мой ребенок прямо кусками вырывает оттуда фразы и вваливает их в контекст. Бабушка задумалась, он подошел к ней (а ему было 3,5 года или 4) и говорит: «И в чем причина вашей грусти?» Я стоял в дождь, он сидел на велосипеде, все это текло, я говорю: «Кимочка, ну давай пойдем домой». А он: «Это в тебе говорит усталый дух». Все из «Смешариков».

«Фиксики» – тоже хороший мультфильм. Но он технический, показывает, как все устроено.

Екатерина: Я люблю старые советские фильмы и новогодние американские. Нравятся многие сериалы, современное российское кино последние годы радует масштабами и сюжетами. Трудно назвать меня киноманом, я редко записываю фильмы и организовываю вечерний просмотр, особенно сейчас. Не очень люблю ходить в кинотеатры, так что чаще всего приходится довольствоваться фильмами по телевизору, благо программ у меня предостаточно.
 


Есть ли у вас любимые книги? Какую литературу вы любите?

Филипп: Я дислексик, поэтому чтение дается очень сложно. Сейчас начал много читать с помощью робота, хоть он неправильно ставит ударения. Пока не могу ничего сказать, ничего меня не впечатлило. Я вообще очень привередлив к тексту, мне мало что нравится.

Екатерина: Люблю фразу «Чукча не читатель – чукча писатель» – это про меня. На книги остается мало времени, сейчас, если выдается минутка, читаю больше о развитии и воспитании детей. А когда могла себе позволить книжечку, больше захватывали психологические и философские темы.

 

Какую музыку вы слушаете? Есть ли любимые песни?

Филипп: Мне нравится вся музыка, только рок не люблю – он стал самым скучным. Очень люблю весь авангард: от симфонического до джазового. С удовольствием слушаю и рейв в зависимости от обстановки.

Екатерина: Я абсолютно всеядна в музыке. Принцип один: нравится – не нравится. «Шазамить» и «репитить» – моя тема. Любимые песни – как правило, хиты, которые у всех на слуху и из каждого чайника.

 

Перепечатка материалов CityDog.by возможна только с письменного разрешения редакции. Подробности здесь.

   Фото: CityDog.by.