«Мама боялась сюда заходить». История про самое культовое, пугающее и теплое, как мороженое, кафе «Пингвин»

19.06.2017
История  
 
8
Рубрика Мінск 1067

«Мама боялась сюда заходить». История про самое культовое, пугающее и теплое, как мороженое, кафе «Пингвин»

Фотошот
Вместе с Samsung мы начинаем рубрику «Мінск 1067» о неизвестных и полузабытых историях людей, зданий, артефактов, связанных со столицей.
0
0
0

Вместе с Samsung мы начинаем рубрику «Мінск 1067» о неизвестных и полузабытых историях людей, зданий, артефактов, связанных со столицей.

– Что это за кафе на фото? «Пингвин», место встреч минских неформалов. Я учился в школе при консерватории на площади Свободы. И боялся там есть, пока был школьником, – вспоминает музыкант Сергей Пукст, глядя на черно-белое фото. Минчане спешат куда-то, проходя мимо занавешенных какими-то гардинами окон кафешки.

– А боялся почему? – удивляемся мы.

– Потому что к нам приходил милиционер с лекцией, в ходе которой сообщил, что через стаканы там можно заразиться сифилисом.

Спустя несколько лет подросший Сергей преодолеет страх и, переступив порог «Пингвина», войдет в мир минских панков, хиппи, «волнистов». Порог кафе, в конце 2010-х именуемого в народе не иначе как «легендарное» и «культовое».

 

НА МЕСТЕ ГОСТИНИЦЫ «ЕВРОПА»

Когда-то отель «Европа» тоже называли легендарным. Один из самых приличных ресторанов в городе, чуть ли не самые дорогие магазины, первый в дореволюционном Минске лифт, на который сбегались глазеть все гимназисты. Фешенебельная «Европа» простояла тут чуть меньше 60 лет. Пережив Первую мировую, революции, оккупации и 20 лет советской власти, во время Второй мировой она не выдержала натиска бомбардировок и пала. Точнее, рассыпалась. После того как советская армия освободила Минск от нацистов, гостиницу решили не восстанавливать – от нее осталась в прямом смысле груда камней.

Минску приказали развиваться по очередному градостроительному плану – так появилась улица Ленина с новыми помпезными ампирными зданиями. Правда, сталинский ампир споткнулся именно на этом месте: до середины 1960-х тут так ничего и не построили, лишь разбив сквер.

Для Минска, не разбалованного сервисом и гастрономическими новинками, открытие в 1968 году кафе «Пингвин» было взрыву подобно. Оригинально сервированные столики, убранные букетами цветов, высокие стеклянные креманки. «Теплое» (из Италии?) мороженое, ароматный кофе, пирожные, немного алкоголя: «Неужто как в Европе?»

 

Сквозь высокие светящиеся окна, еще не завешанные посеревшим от времени и солнца тюлем, просматривался скромно-серый советский Минск, в который так не хотелось возвращаться пускай из призрачной, но «почти “Европы”».

 

КАК «ПИНГВИН» СТАЛ «ПТИЧНИКОМ»

Месторасположение кафе – вот что сделало «Пингвин» точкой, про которую до сих пор помнят многие минчане. Кафе было местом притяжения богемы: музыкантов из консерватории, из техникума, из подвалов и прочих репетиционных точек, писателей и журналистов, технической интеллигенции.

– Я ходил в «Пингвин» чуть ли не ежедневно, быстро проходя между консерваторией и бывшим музыкальным техникумом, то есть городским музыкальным театром, – вспоминает музыкант Александр Сапега. – Быстро, потому что техникум был подперт здоровенными рельсами, чтоб стена не упала.

Я был студентом консерватории и после первых, а иногда и на них, пар лекций шел в «Пингвин», брал любимое мороженое из аппарата – оно было мягким, с плотными, не растаявшими крупинками. Просил добавить варенье из черноплодной рябины и усаживался за дальний столик. Включал плейер и слушал Чаку Хан или Ли Ритенура. Или Джексона «Триллер» – какой был кайф!

Именно про это здание, подпертое здоровенными рельсами, вспоминает Сапега.

В те времена Сапега по вечерам уже играл в ресторане гостиницы «Планета» и знать не знал, что по вечерам в его райском «Пингвине» собираются любители «мертвого металла», патлатого Джимми Хендрикса и престранно-холодных «депешей». По вечерам в каком-то смысле детском кафе собирались так называемые неформалы. Да, те самые, которые, по мнению милиционера, «могли заразить сифилисом».

Детско-взрослые компании смущали юных минчан («Моя мама, когда была школьницей, очень любила “Пингвин”, но из-за неформалов боялась сюда заходить», – рассказал нам читатель CityDog.by). Однако сам ассортимент заведения подсказывал: тут найдется место и школьнице, и волосатому металлисту. Как вспоминает другой музыкант, Александр Помидоров, в «Пингвине» образца середины-конца 1980-х продавали мороженое из автоматов и мороженое из лотков: крем-брюле, сливочное и пломбир.

– Тут же, прямо от входа, была еще одна стойка, где продавались бутерброды, сырки, напитки, пиво и алкоголь – вино, шампанское и коньяк.

Гэта была ўлюбёная кропка хіпі-тусы. За паўгадзінкі лянівага аску на пару «фаўстаў» настрэльвалі, – режиссер Змитер Бейнарт-Саладуха вспоминает, как просили на выпивку у тех, кто приходит в «Птичник». – Дзяўчаткам больш давалі.

– Мы імі ганарыліся, іх тады фемінізм яшчэ не пакусаў. І раскатвалі мы гэтыя фаўсты там жа, у «Пінгвіне», пад круглымі столікамі з торбы разліваючы. Гітары, «Лесвіца ў нябёсы» на піджын-інгліш хорам.

Тема алкоголя для неформальных минчан была ключевой в историях про «Пингвин». И немалую роль в этом сыграл соседний гастроном, который любовно называли «Перцовка» (сейчас тут «Планета суши»).

«Откуда взялось такое странное название – “Перцовка”? Перцем в магазине не торговали, да и настойки “Перцовка” я там не видел, – рассказывает в своем эссе писатель и журналист Владимир Степан. – Был там винно-водочный отдел, на полках которого любовно жались друг к дружке бутылки с крепкими напитками. Но этот отдел моим не был. Я обходил очередь, пробираясь туда, где трещала и гудела кофемолка, где коричневые камешки зерен превращались в пыль. Я почти всегда выбирал кофе...

А только недавно сделал для себя открытие. Не потому гастроном “Перцовкой” называли, что в нем перец иногда продавали, и не потому, что от случая к случаю “Перцовкой” торговали, как я считал. А потому, что жил в этом доме академик Владимир Николаевич Перцев. Тысячи раз на серую мемориальную доску рядом с дверью смотрел, а прочитал внимательно только в 2009 году».

 

 

«ПИНГВИН» И ДЕТИ 1980-Х

И все-таки кафе на углу Ленина многие ассоциируют именно с детством. Например, минский продюсер Руслан Стариковский вспоминает, как у «Пингвина» фарцевал фотками Брюса Ли, Рэмбо и Си Си Кетч: «Я покупал на Комаровке по рублю фото А4, дома переснимал, а потом по 20 копеек тиражировал фотки 10х15».

Июнь 1992-го, Алиса и Жанна Сапеги сразу после поступления Алисы в 11-летку по классу фортепиано. «Мы сразу же купили по мороженому, но к тому времени там продавали уже не то фирменное “пингвиновское”, а какое-то типа модное».

А Дарья Альперн Катковская рассказывает, как в конце 1980-х родители летними вечерами привозили ее с дачи и с вокзала они шли в «Пингвин».

– Мы выходим из электрички, конец летнего жаркого дня в воскресенье, пустой Минск у вокзала, мало народу, город освещен красным закатным солнцем. Внутри «Пингвина» в это время почти никого не было. Мороженое после выходного дня тоже почти закончилось. Продавщица шваркает круглой ложечкой для мороженого по металлическим лоткам внутри витрины, собирая остатки.

– Я всегда беру фисташковое и черничное. Вафельный стаканчик идеально хрустит. Таких стаканчиков и такого морже нигде не было. Это как супермегабонус за все страдания – 5 километров пешком до электрички, полтора часа езды, рюкзаки, вот эта вся непонятная мне негородская жизнь – и за это идеальное морожко. Оно того стоило.

Режиссер Андрей Гнет признается: вкус у мороженого из «Пингвина» был таким себе. Но никто из его сверстников, воспитанных на жирном сливочном пломбире, в этом не признавался.

– Мы выросли на тотальном дефиците и польских жвачках, поэтому воспринимали поход в «Пингвин» как что-то очень радостное. Нам действительно было радостно!

– А ты ходил потом в «Блюз-кафе», которое открыли на месте «Пингвина»?

– «Блюз» был дорогой и совсем непонятный для обычного студента журфака, который и «Макдак» не мог-то себе позволить. Не, «Пингвин» останется в моей памяти как яркая иллюзия с реальными эмоциями.

Разбирают старое здание «Пингвина», в котором в начале 2000-х расположилось «Блюз-кафе».



Если вам нравится рубрика «Мінск 1067», делайте репост статьи и не забывайте про хештэги #сваё, #SamsungBelarus, #Minsk1067. Дзякуй!


РУБРИКУ «МIНСК 1067» МЫ СОЗДАЕМ ВМЕСТЕ С КОМПАНИЕЙ SAMSUNG ELECTRONICS*.

 

Перепечатка материалов CityDog.by возможна только с письменного разрешения редакции. Подробности здесь.

   Фото: Facebook, Александр Сапега, Дмитрий Брушко, Андрей Лянкевич.

*ООО «Самсунг Электроникс Рус Компани», ИНН 7703608910

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
19.06.2017
История  
 
8
0
0
0
КОММЕНТАРИИ
Пиво пили, кассетник крутили 21-06-2017, 13:24
+63 64 1
Как говаривал Гераклит: «Всё течёт, всё меняется»
Через лет эдак 30 будут писать ностальгические статьи про Зыбицкую и брать интервью у седых мужичков, которые в молодости подворачивали штаны, смотрели Владика Бумажку, вейпили, чекинились и фоловились в «Туманах» или каком-нибудь «Хулигане»
P.S.
А всё же хотелось бы на день попасть в тот ламповый (пусть и серый) Минск. Память стирает многие моменты, но атмосфера всегда будет со мной.
ОТВЕТИТЬ
но ненадолго. удивительно унылый город был
ОТВЕТИТЬ
Катерина 05-09-2017, 20:01
+2 3 1
В детстве город не бывает унылый)
ОТВЕТИТЬ
Прекрасная статья!!
И сразу захотелось продолжения, а это хороший показатель того, что цикл обречен быть успешным.
ОТВЕТИТЬ
"Пингвин" детства 90х- на проспекте, там где сейчас "казачны замак" , а ещё классные были молочные коктейли в "столичном")
ОТВЕТИТЬ
ava
По "Пингвин" много писалось везде ,а вот про "Паутину" почему то никогда не пишут. а ведь место не менее "знаково-злаковое")) с утра очередь выстаивалась ,чтобы к вечеру попасть!
ОТВЕТИТЬ
Агурец 22-08-2017, 14:23
+2 2 0
Статья хорошая, но мне в ней чего-то не хватает. Может от того, что сама, в 90тые, будучи старшеклассницей, приходила в это место пообщаться с интересными людьми. В то время Дом Масонов был "филиалом" для многих тусующихся на "Пингвине". Место, где сейчас стоит ратуша, было огорожено зеленым и высоким забором, за которым находился заброшенный фонтан. И там сиживали с гитарой тоже. А вот из ресторана напротив "Потсдам", часто вываливала подпитая публика и била волосатых, облюбовавших скамейки в тени лип, что напротив "Пингвина". И люди приходили в это место, сейчас уже знаменитые, тот же Михалок, к примеру. А хиппи, люди путешествующие по стране, приходили в Пингвин чтобы найти того, кто пустит к себе переночевать. Да, это было нормально, приехать в любой город СССР, прийти в такое место, где тебе дадут с десяток телефонных номеров, по которым ты можешь позвонить из автомата за 2 копейки и тебя возьмут на постой с полной провизией! Хорошее время было. Да и не вспомнишь так сразу все хорошее, что пережито там было. А было много и много очень хорошего!
ОТВЕТИТЬ
ava
"Перцовку" в мои студенческие годы (1992-1997) все называли "Вонючим", объяснять почему, я думаю, не надо
ОТВЕТИТЬ
ЗАЛОГИНЬТЕСЬ ЧЕРЕЗ СОЦСЕТИ
VKONTAKTE
Или комментируйте с помощью капчи
НОВОЕ НА CITYDOG.BY